Одну бабушку Любовь спасла от психушки, вторую буквально нашла на улице
Жительница Москвы приютила у себя двух брошенных бабушек, которым больше 90 лет, и ухаживает за ними как за своими родственницами. И это при том, что близкие женщин живы, здоровы и живут не сказать, чтобы очень далеко. Просто им все равно, а Любе - нет!
Четыре года назад, прогуливаясь, Любовь Гаева познакомилась с пожилой женщиной Фаиной Ивановной. Она была хорошо одета, ухожена и очень общительная. Они разговорились, и Люба проводила ее до дома.
Тогда мы стали общаться и иногда гуляли вместе. Как-то раз я вышла на улицу и вижу, что у подъезда Фаи стоит скорая помощь. Решила поинтересоваться, что случилось. Смотрю, а ее выводят и сажают в машину. Рядом же стоит сын.
Почувствовав что-то неладное, Любовь спросила у врачей: "Куда вы ее?". А они ответили: "Бабушку-то? Да в психушку отвезем". Пенсионерка не поверила своим ушам и даже несколько раз переспросила докторов, но получила тот же ответ.
Я тогда спросила у врачей, можно ли обойтись без госпитализации. Они ответили, что можно, но родственники против оставлять ее дома. Я тогда взяла ее и отвела к себе домой.
Так Люба и спасенная бабушка Фая стали жить вместе в одной квартире. Сын старушки о судьбе своей матери не беспокоился, более того, ее пенсия шла на его банковский счет, да и все документы на маму были также у него дома.
Долго содержать старушку в одиночку Любовь не могла, потому что она сама уже была на пенсии, поэтому, когда сын Фаины Ивановны через месяц позвонил узнать не умерла ли мать, Люба попросила его выдать ей документы и карточку, куда перечисляют пенсию. Мужчина начал возмущаться и отказал, правда, начал каждую неделю приезжать... Он привозил продукты и принадлежности для матери. Так длилось полгода, а потом помощь прекратилась, зато появились звонки раз в полгода. "Чего там мать, помирать не планирует?" - спрашивал её сын.
Тогда Люба обратилась в социальную защиту, чтобы те помогли ей получить необходимые бумаги на подругу и переоформили пенсию. К счастью, справедливость была на её стороне.
Вторую бабушку, Галину, Люба также встретила на улице. Как-то выходя из дома, она заметила, что неподалеку стоит пожилая женщина, вся обвешанная тюками и сумками. И как-то странно смотрит, как будто не понимает, где она и почему.
Я подошла к ней и спросила, все ли с ней в порядке. Она ответила, что не знает. Я спросила, откуда она. Она также ответила, что не знает. Я вызвала скорую и поехала вместе с ней в больницу.
В клинике оказалось, что у Галины Константиновны даже документов с собой не было, поэтому ее не захотели оставить в стационаре. Любе стало жалко старушку - она спросила цену платного обследования и заплатила за нее из своих денег, а потом еще и лечение бабушки взяла на себя.
Когда ее выписывали, я приехала в больницу и планировала отвезти ее к себе, но тут появилась ее дочка и сказала, что отвезет ее в деревню. Оказалось, она искала ее, чтобы потом снова бросить в холодном деревенском доме.
Люба твердо заявила, что в деревне старушка будет в опасности, поэтому бабе Гале лучше жить под присмотром у нее. Дочка немного поколебалась, но потом согласилась. Так Любовь стала ухаживать за двумя 90-летними старушками. При этом дочка второй бабушки тоже помогать доброй женщине не торопилась. Ни документы, ни пенсию она отдавать не хотела
"Зачем ей это все, она же живет у вас на всем готовом. А у меня кредиты", - удивленно восклицала она, на просьбу Любови пересылать ей деньги на содержание бабули.
Не добившись ничего, женщина снова обратилась в органы опеки и к участковому, потому что дочка в какой-то момент и вовсе пропала.
Как-то мы поехали в деревню дом проверить, а там новый замок. Соседи сказали, что там теперь внучка хозяйничает. Так и уехали мы с ней и больше не приезжали.
Сейчас Любови 59 лет, и вот уже 6 лет она сама ухаживает за двумя долгожительницами, кормит их, меняет памперсы. Единственное, мыть она их уже сама не может - для этого к ним специально приезжает Любина невестка, помогает. Казалось бы, совершенно чужие люди, а она их приютила, дала кров и любовь, на которую почему-то самые близкие люди оказались не способны. Наверное, сердце у Любови очень доброе.
Да где ж я добрая? Я совсем не добрая, просто не люблю несправедливость. Вот и все...